blau_kraehe (blau_kraehe) wrote,
blau_kraehe
blau_kraehe

Categories:

Общественное воспитание и прогресс

Меня заинтересовал тот факт, что уже от нескольких женщин я слышала по поводу моей "Холодной Зоны" - дескать, ах, какой ужас, "отбирают детей". Хотя никого там не отбирают, а скорее предоставляют в некоторых случаях место в привилегированном учебном заведении, и то - с согласия родителей. Но вообще женщины далеко не всегда поддерживают идею общественного воспитания детей. Об этом пишут часто и противники феминизма: дескать, женщины-то вовсе не против того, чтобы на мужнины деньги сидеть дома и воспитывать детей.

Причин у этого несколько. Во-первых, пока дети маленькие, матери могут питать иллюзии по поводу "идеального воспитания", которое этим детям дают. Они верят, что ребенок -  табула раса, на которой они напишут все, что пожелают; хотят - чемпиона воспитают или великого ученого, хотят - просто хорошего доброго человека, или того, кто реализует все мечты, не реализованные у самих матерей. Им с ребенком комфортно, и кажется, что ничего лучшего быть не может; ребенок сам предпочитает быть дома, а не в саду или в школе, зачем же мучить дитятко? В идеале нужно вообще домашнее обучение.

Эти иллюзии обычно развеиваются, когда дети достигают 12, 15 или 30 лет. Когда вдруг выясняется, что выросла "неблагодарная сволочь", или по крайней мере наступает разочарование - хотели вырастить идеал, а вырос самый обычный средний человек, и даже отношения не такие прекрасные, как хотелось бы.

Вторая причина еще банальнее. Альтернатива "сидению дома с ребенком" - это отчужденный труд на "работодателя" и вторая смена с этим же самым ребенком и этим же самым хозяйством. Так что "сидеть дома", конечно, комфортнее и просто легче - все равно что взять микрокредит: сначала уютно и радостно, а потом страшно и тяжело. Но не все же это понимают. А с другой стороны, двойная нагрузка - она хотя и создает основу для хоть какого-то финансового благополучия в будущем, но зато начисто гробит здоровье и убивает личность. Неизвестно вообще, что для женщины хуже:  и тут, и там засада.

И хотя общественное воспитание или даже его элементы при капитализме в любом случае помогает решить эти проблемы - женщины не всегда просчитывают все последствия единоличного воспитания ребенка, и просто не понимают выгоды воспитания общественного.

А выгода велика и для матери, и для ребенка.
Часть функций именно по воспитанию и обучению берут на себя другие люди, профессионалы, и мать может больше сконцентрироваться именно на том, чтобы дать ребенку то, что может дать только она - любовь. Общественное учреждение сразу помогает ребенку социализироваться и научиться жить именно в этом конкретном обществе: даже если вы это конкретное общество ненавидите, жить-то ребенку придется в нем, не так ли? Недостатки семейного воспитания (ссоры родителей, лень и расхлябанность в семье, неконтролируемое сидение за видеоиграми, бессмысленное насилие по отношению к ребенку) по крайней мере отчасти компенсируются пребыванием в саду/школе и т.д., где хотя бы обстановка более педагогически выверена и продумана, чем дома. Перенос ответственности за воспитание снижает стресс родителей и опять же улучшает собственно отношение к ребенку и дает родителям возможность проявить любовь.

Но повторяю, все это зачастую не способна осознать мать маленьких детей, считающая себя идеальной воспитательницей. Питающая иллюзии об "идеальных семейных отношениях" и о великолепных представителях хомо сапиенс, которых именно ей, в отличие от миллионов остальных дураков, конечно же, удастся воспитать.

Но однако это не единственный пример того, как люди сопротивляются прогрессивным изменениям. Например, свободный найм или даже феодальные отношения, безусловно, более справедливы и прогрессивны, чем рабство. Однако рабы, ни в коем случае не желающие освобождения, встречались довольно часто. Русские крепостные крестьяне далеко не во всех случаях были счастливы освободиться - тем более, что освобождение без земли принесло им явную нищету.

В некоторых случаях более прогрессивные отношения являются при этом менее социальными: так было в период развития капитализма. Феодализм, как точно подметила Е.Н. Харламенко, действительно из всех эксплуататорских формаций является наиболее "человечным"; например, цеховые отношения ремесленников в городах давали и социальное обеспечение, и особенно потогонной такая работа не была; по данным экономиста Б.Рюрупа в 16 веке работники трудились около 2000 часов в год - примерно столько же, сколько и сегодня (рабочий день длился, конечно, дольше - но прерывался длительными, не особенно контролируемыми паузами на завтрак, обед и сиесту, кроме того, церковные праздники позволяли часто устраивать дни отдыха); с индустриализацией рабочая неделя возросла до 80-85 часов, то есть рабочее время увеличилось вдвое, при этом оно стало жестко контролируемым, с очень небольшим перерывом, а рабочий превратился в придаток машины. С точки зрения истории - прогресс, ведь именно капитализм позволил поднять производительность труда, науку и технику до нынешних высот; но с точки зрения рабочих - ад, они стали жертвами этого прогресса (и за эти жертвы почему-то до сих пор никто не покаялся).

Но однако прогрессивные изменения могут одновременно являться и более социальными, сразу облегчать жизнь людей - и тем не менее, приниматься частью этих же граждан в штыки. Здесь мы сразу вспоминаем о многих социалистических реформах - например, о коллективизации. Казалось бы, выгоды должны быть очевидны сразу: возможность организованной совместной обработки земли, использования техники (купить которую ни один крестьянин был бы не в состоянии), но однако нет - крестьянину представлялось, что у него "отбирают собственность" (хотя колхозная форма предполагала вовсе не "отбор", а объединение); и это вызывало ожесточенное сопротивление. 

Собственно говоря, природа сопротивления общественному воспитанию детей - та же самая. Собственники, остро ощущающие свою власть над ребенком (конечно же, используемую исключительно в благих целях и с любовью!), не могут расстаться с частью этой власти. Не понимая того, что данное право распоряжаться живым человеком все равно закончится хотя бы с его совершеннолетием (хотя, правда, можно еще какое-то время, а то и всю жизнь, успешно манипулировать дитятком).

Это звучит, я понимаю, провокативно. И вызывает подозрение, что "коммунисты хотят всех детей насильно отобрать". На самом деле, конечно, нет. Никто их не отбирал в СССР, и даже на издержки патриархального воспитания, например, телесные наказания, воздействовали в основном убеждением и пропагандой: бить детей недопустимо; но однако за это детей не забирали и никаких санкций против родителей не вводили, за исключением случаев откровенной уголовщины. В отличие от развитых капиталистических стран, где аналогичные требования ввели лишь в конце ХХ века - но зато сразу жестко запретили абсолютно все, вплоть до шлепков, под угрозой отбора ребенка.

И переход к общественному воспитанию детей должен быть плавным и добровольным, то есть желающим ломать жизнь себе и детям, воспитывая их исключительно в семейном гнездышке, должно быть предоставлено полное право это делать. Недопустимо насилие над детьми, но ведь недопустимо насилие и над взрослыми, а грубо лезть в детско-родительские отношения, что-то запрещая и угрожая - это и есть страшное насилие; ведь детей родители обычно любят (даже если и лупят при этом), а дети чаще всего любят родителей.

Если коллективизация в сельском хозяйстве СССР была проведена слишком быстро и с большими издержками - из-за очень тяжелой международной обстановки и необходимости стремительного прогресса - то вряд ли с воспитанием детей может быть что-то подобное, сложно представить подобную срочность в данном вопросе. Здесь скорее всего в любом случае главными принципами станут постепенность и добровольность прогрессивных изменений.
Tags: ХЗ, женский вопрос, про детей
Subscribe

promo blau_kraehe декабрь 15, 2015 18:46 1
Buy for 10 tokens
можно за 10 жетонов
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 303 comments