blau_kraehe (blau_kraehe) wrote,
blau_kraehe
blau_kraehe

К информационному поводу. Очень верно.

Это не про ислам (на его месте могло быть любое психическое помешательство, да оно и было там, вероятно). Не про "конфликт цивилизаций".

Это (зажмите руками уши) про тот самый репродуктивный труд, коорый не занимает времени, ничего не стоит и вообще очень легкий, и даже не проблема, о коиорой надо говорить.
И про то, как нанимают для ухода за ребенком или за стариками дома женщин из бедных стран. Да, им платят. Да, они сами согласились. До чего надо дойти, чтобы согласиться 24 часа в сутки ухаживать за больным (в данном случае) чужим ребенком или больным стариком. С проживанием в чужом месте. Бросив свою семью, свою жизнь. С выходным на несколько часов 1-2 раза в неделю. (Я не знаю, как работала эта конкретная няня, я описываю режим работы, например, аналогичных работниц из Польши, которые трудятся в Германии). До какого уровня нищеты и отчаяния?
Да, крыша может поехать. Она, очевидно, и поехала. Но виноват ислам, разумеется.

Надо добавить, конечно, что-то вроде "но конечно же, нельзя оправдывать убийство, бедные родители!" Но вот напомнило: в школе мы тоже читали Чехова, и нас учили жалеть Варьку.

Оригинал взят у maysuryan в "Спать хочется". По следам классика


Есть у Антона Павловича Чехова такой коротенький рассказ — "Спать хочется". Напомню вкратце содержание: нянька по имени Варька день и ночь крутится, выполняя приказы своих хозяев, а ночью их ребёнок кричит и плачет, не давая ей спать. В конце концов Варька находит выход: душит ребёнка и, счастливая, засыпает.
"Ночь. Нянька Варька, девочка лет тринадцати, качает колыбель, в которой лежит ребёнок, и чуть слышно мурлычет:
Баю-баюшки-баю,
А я песенку спою...

Ребёнок плачет. Он давно уже осип и изнемог от плача, но всё ещё кричит и неизвестно, когда он уймётся. А Варьке хочется спать. Глаза её слипаются, голову тянет вниз, шея болит. Она не может шевельнуть ни веками, ни губами, и ей кажется, что лицо её высохло и одеревенело, что голова стала маленькой, как булавочная головка.
— Баю-баюшки-баю, — мурлычет она, — тебе кашки наварю..."
— Как?! — наверное, возмутятся в этом месте многие читатели. — Уж не вздумал ли автор таким хитрым образом, с помощью Антона нашего Павловича и несчастной затурканной малолетней няньки Варьки, оправдать недавнее громкое преступление в Москве?

Нет, оправдывать подобные действия не приходится (хотя, честно говоря, Чехов свою героиню практически оправдывает, да и сочувствие читателей, как ни странно, скорее на её стороне, а не на стороне злосчастного ребёнка). А вот понять смысл и причину происшедшего — стоит. Поскольку в блогосфере и интернете, не говоря уж про бумажную печать, за последние дни было написано немыслимое количество всякой, мягко говоря, хрени по этому поводу.
Писали — и даже в левых блогах писали — что убийство на Октябрьском Поле — это, мол, "столкновение цивилизаций". Видимо, культурной Гейропы и адской исламской цивилизации. Ну, предположим на минуту, что это так. Но вот мне не так давно приходилось внимательно изучать официальный сайт королевства Саудовская Аравия на русском языке. И что меня, признаться, слегка поразило — так это количество описанных там преступлений местной прислуги — горничных, нянь и прочих служанок из числа гастарбайтеров — против своих хозяев, коренных подданных королевства. Типичные заголовки с сайта:
"Арест горничной из Индонезии, околдовавшей семью в ар-Расе";
"Служанка из аль-Хафджи делала колдовство-отворот между мужем и женой в течении 7 лет";
"Служанки, обвиняемые в колдовстве и шарлатанстве";
"Приведён в исполнение смертный приговор горничной из Индонезии, заколовшей насмерть ножом подданную в Лучезарной Медине";
"Суд первой инстанции в Табуке вынес смертный приговор эфиопской горничной, убившей мальчика Мухаммада"...
Ничего не напоминает? Тут надо заметить, что официальная религия королевства — ваххабитский ислам, учение того самого аль-Ваххаба, великого и ужасного. И что — это тоже, скажете, "конфликт цивилизаций", исламской и не-исламской? Нет, уважаемые господа, не морочьте голову себе и другим. Это самый обыкновенный классовый, социальный конфликт, историю которых многие из нас ещё в советских школах проходили. Не узнали? В школьном учебнике он выглядел не совсем так или даже совсем не так? Тогда вас учили, что все рабы — обязательно несчастные, добрые и великодушные, а рабовладельцы — непременно злые и жестокие? Вовсе нет. Это вы так поняли, а вам всё говорили как оно есть: достаточно раскрыть хрестоматийную в советские времена "Хижину дяди Тома", и там наряду со злым рабовладельцем мистером Легри найдутся добрые хозяева — Сент-Клер и его дочь. А рабы тоже всякие бывали — и злые, и ленивые, и жестокие... Так уж мир устроен. И когда рабы восставали или просто выходили из повиновения, то случалось, что злые, жестокие и мстительные рабы резали головы своим добрым, трудолюбивым и милым рабовладельцам. И их невинным деткам, разумеется, тоже. Да, такое бывало. И сейчас бывает. А в той классовой реальности, которую вы, уважаемые господа, выбрали, в 1989-1991 и 1996 годах голосуя за Ельцина — бывает обязательно! Солнечная Саудия, где горничные-мусульманки режут детей хозяев-мусульман, не даст соврать. И "столкновение цивилизаций" тут абсолютно ни при чём — вернее, только при том, что его, как сову на глобус, натягивают на конфликт, имеющий очевидную социально-классовую природу. Да так натягивают, что обе стороны конфликта порой искренне воображают, что их вражда проистекает из "цивилизационных различий", а вовсе не из банальной классовой ненависти.
Кстати, в советском обществе у многих семей (в том числе и в семье автора этих строк) тоже были няни. И на этой почве тоже порой возникали социальные конфликты. Один из них описан в рассказе Михаила Зощенко "Няня". Там родители долго колеблются — брать ли им няню для своего ребёнка. "У них такой привычки не было — брать себе нянек. Они не понимали такого барства." В конце концов берут. По внешности зощенковская няня — прямая противоположность чеховской Варьке. "Пожилая и довольно-таки на вид страхолюдная". А потом выясняется, что, гуляя с хозяйским младенцем по улицам, няня заодно собирала милостыню. Хозяева возмущаются:
— Как же так можно? Вы что — обалдели? Или у вас в голове не все дома?.. Мы вам прилично платим, у вас всё есть, и вы вполне сыты и обуты.
Нянька говорит:
— Да, но мне хотелось ещё маленько подработать... Нянь нынче не очень много — меня, может, с руками оторвут. А я под вашего щенка едва трёшку зарабатывала — а уж упреков не оберёшься. Я от вас сама уйду, поскольку вы какие-то бесчувственные подлецы, а не хозяева.
"После этих слов Фарфоров, рассердившись, накричал на неё и даже хотел из её слабого тела вытряхнуть старческую душонку, но член правления ему не разрешил и даже произнес краткую речь. Он так сказал Фарфорову и его супруге:
— Эта ваша нянька всеми своими корнями уходит в далёкое прошлое, где уживались господа и подневольные рабы. Она свыклась с той жизнью и не видит ничего позорного в нищете и в подаяниях. Вот поэтому она и пошла на такое паскудство, которое вас законно оскорбило. Однако физически вы её не троньте, а просто прогоните её со своего места.
Супруги Фарфоровы так и поступили — они с позором прогнали свою няньку."
Обратим внимание на объяснение "члена правления": "Эта ваша нянька всеми своими корнями уходит в далёкое прошлое, где уживались господа и подневольные рабы". Золотые слова! Всё тогда советские люди великолепно понимали. А ведь советское общество было весьма эгалитарным, а уж если сравнивать его с нынешним буржуйским строем — несопоставимо, на порядки приближенным к социальному равенству. Ещё 25 лет назад нынешние бесправные гастарбайтеры из южных республик были полноправными гражданами СССР, и могли прогуливаться по Белокаменной, как хозяева, по своей законной столице. Потом — помимо и даже прямо вопреки их воле, выраженной на референдуме о сохранении Союза 1991 года — их стремительно и насильственно погрузили в средневековье, в эпоху "господ и подневольных рабов". За которыми гоняется полиция, усердно ловит и высылает миграционная служба, которых нещадно обдирают хозяева, избивают и убивают неонацисты. И сделал всё это не кто-нибудь, а вы сами, господа хорошие, граждане России, своими собственными руками, когда голосовали за Ельциных и им подобных. Скажете, лично вы не голосовали или думали, что голосуете не за то? Если не голосовали — то это, конечно, лично вас оправдывает, однако беда в том, что история не разбирает личную вину отдельных лиц. Она карает всех чохом, лупит по площадям, а не по отдельным виновным головам. У неё ответственность коллективная, классовая, общая. Провинилось большинство или хотя бы многие, или даже только власть имущие — а она наказывает всех без разбора, стрижёт под одну гребёнку. Как говорил В. И. Ленин, "история — мамаша суровая, и в деле возмездия ничем не стесняется". А то, что вы не понимали, за что голосуете — вот это, извините, оправдание неубедительное, слабое. Примерно такое же лукавое оправдание мы слышим сейчас от украинских майданцев, которые, якобы, сами не ведали, за что скачут. Ведали они всё прекрасно. И вы ведали. Потому что, например, уже на баррикадах августа 1991 года с удовольствием пели песню, это был, можно сказать, хит и гимн того Августа:
Четвёртые сутки пылают станицы,
Потеет дождями донская земля...
Не падайте духом, поручик Голицын,
Корнет Оболенский, налейте вина!

Там были и такие, между прочим, строчки:
А где-то ведь рядом проносятся тройки...
Увы, не понять нам, в чём наша вина.
...................................
А в комнатах наших сидят комиссары
И девочек наших ведут в кабинет.

Вот за какие высокие ценности шла борьба — за комнаты, кабинеты, девочек... За скрепы, так сказать. Но в числе этих скреп была и такая непременная скрепа: время от времени "подневольные рабы" выходили из повиновения, и тогда летели с плеч головы корнетов Оболенских и поручиков Голицыных... Хозяев. В том числе, повторяю, и самых добрых, милых, просвещённых и снисходительных хозяев. Потому что хозяева. И их детей, увы, хотя они были и вовсе ни в чём не виноваты.
Так что перечитайте ещё раз рассказ Чехова, он совсем небольшой. Ведь этот рассказ — о нашей реальности, вернувшейся или, вернее, возвращённой из далёкого прошлого 25 лет назад. Или хотя бы его окончание:
"— Варька, покачай ребенка! — раздаётся последний приказ.
В печке кричит сверчок; зелёное пятно на потолке и тени от панталон и пелёнок опять лезут в полуоткрытые глаза Варьки, мигают и туманят ей голову.
— Баю-баюшки-баю, — мурлычет она, — а я песенку спою...
А ребёнок кричит и изнемогает от крика. Варька видит опять грязное шоссе, людей с котомками, Пелагею, отца Ефима. Она всё понимает, всех узнает, по сквозь полусон она не может только никак понять той силы, которая сковывает её по рукам и по ногам, давит её и мешает ей жить. Она оглядывается, ищет эту силу, чтобы избавиться от неё, но не находит. Наконец, измучившись, она напрягает все свои силы и зрение, глядит вверх на мигающее зеленое пятно и, прислушавшись к крику, находит врага, мешающего ей жить.
Этот враг — ребёнок.
Она смеется. Ей удивительно: как это раньше она не могла понять такого пустяка? Зелёное пятно, тени и сверчок тоже, кажется, смеются и удивляются. Ложное представление овладевает Варькой. Она встает с табурета и, широко улыбаясь, не мигая глазами, прохаживается по комнате. Ей приятно и щекотно от мысли, что она сейчас избавится от ребёнка, сковывающего её по рукам и ногам... Убить ребенка, а потом спать, спать, спать... Смеясь, подмигивая и грозя зелёному пятну пальцами, Варька подкрадывается к колыбели и наклоняется к ребёнку. Задушив его, она быстро ложится на пол, смеётся от радости, что ей можно спать, и через минуту спит уже крепко, как мёртвая..."
"Увы, не понять нам, в чём наша вина."
Что, так и не поняли?

Tags: женский вопрос, нацвопрос, события
Subscribe
promo blau_kraehe december 15, 2015 18:46 1
Buy for 10 tokens
можно за 10 жетонов
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 143 comments