blau_kraehe (blau_kraehe) wrote,
blau_kraehe
blau_kraehe

Женщина и ее труд. Марксистский подход.

Многие встречали такие цифры: женщины производят 65% всей работы в мире, при этом зарабатывают 10% дохода, и им принадлежит 1% мировой собственности". При взгляде на списки миллиардеров, миллионеров, "владельцев заводов, газет, пароходов" в эти цифры, в общем, верится.
Пролетариат - в широком смысле, трудящиеся, чья жизнь зависит от получаемой зарплаты - имеет преимущественно женское лицо. Сотни миллионов женщин трудятся за мизерную зарплату - собирают компьютеры, шьют одежду, горбатятся в поле, производя дешевый рис и бананы. Мне лично знакома немецкая специфика, поэтому приведу местные цифры. В секторе низких зарплат 2/3 работников - женщины. Мужчины-рабочие в Германии гораздо чаще защищены тарифными договорами и социальными благами.
Зато капитал имеет лицо не преимущественно, а уже в основном только мужское. Двадцатка Форбс богатейших людей в мире - 3 женщины (на этой же странице двадцатка богатейших россиян - ни одной женщины).
Или возьмем данные по составу управления предприятий в Германии.
В 2010 году в правлениях больших предприятий женщин было 2,1 процент. В "советах предприятий", в которые входят представители со стороны капиталистов и работников, женщин 9,1 процент, при этом со стороны капиталистов 4,4 % (таким образом в "советах предприятий" 96% капиталистов - мужчины).

Казалось бы, исходя из такого соотношения, мы должны наблюдать массовое участие женщин в коммунистическом движении. Но этого не происходит.
Марксизм женщин не привлекает. Соотношение мужчин и женщин в марксистских партиях - почти всегда в пользу первых.
Женщин относительно много в тех партиях, которые специально уделяют внимание привлечению "второго пола" в свои ряды - но и там мужчин больше.
Но если женщина идет в политику, как правило, ее взгляды умеренные - буржуазные, социал-демократические. Скажем, социал-демократическая партия Линке в Германии насчитывает в своих рядах 37,8% женщин.
Это относительно много, ведь Линке объявляет себя "социалистической феминистской партией", в ней существуют квоты на всех уровнях, двойное руководство, феминизм занимает в программе столько же места, сколько и социал-демократические идеи.
Если же взглянуть на более радикальную коммунистическую платформу в рядах Линке - в ней насчитывается не более 10% женщин.
В более радикальных организация, таких, как ГКП и мелкие коммунистические группы, женщин еще меньше.

Складывается парадоксальная ситуация: именно женщинам социализм несомненно выгоден. Именно большинство женщин трудятся за низкую плату на хозяина, но вполне способны взять власть в свои руки - тем более, что сегодняшние женщины уже не являются забитыми и необразованными. Именно у женщин значительно меньше шансов "пробиться" персонально в капиталистическом мире - преуспеть со "своим делом", получить начальный капитал и преумножить его. Казалось бы, психология женщин должна быть пролетарской и марксистской.
Но этого не происходит.
Попробуем задать себе вопрос - почему, и рассмотреть его с материалистических позиций.

Энгельс и Бебель, опираясь на существовавшие к тому времени научные данные (в т.ч. о жизни примитивных племен), считают, что изначально существовало "материнское право": по сути, это просто означает, что дети считались "принадлежностью" матери, но не отца, отцовство не играло особой роли, молодые юноши уходили в семью невесты, а не наоборот. Неизвестно, насколько это был "матриархат", но во всяком случае, женщина в таком обществе пользовалась уважением и всеми правами.
Далее в результате развития производительных сил, в частности, появления животноводства, более сильные (и не рожающие ежегодно) мужчины овладели излишками продукции и орудиями производства - возникновение частной собственности. Как следствие, появилась необходимость передать свою собственность по наследству именно своим детям. Как пишет Энгельс:

"Таким образом, единобрачие появляется в истории отнюдь не в качестве основанного на согласии союза
между мужчиной и женщиной и еще меньше в качестве высшей формы этого союза. Напротив. Оно появляется как порабощение одного пола другим, как провозглашение неведомого до тех пор во всей предшествующей истории противоречия между полами. В одной старой ненапечатанной рукописи 1846 г., принадлежащей Марксу и мне, я нахожу следующее: «Первое разделение труда было между мужчиной и женщиной для производства детей». К этому я могу теперь добавить: первая появляющаяся в истории противоположность классов совпадает с развитием антагонизма между мужем и женой при единобрачии, и первое классовое угнетение совпадает с порабощением женского пола мужским*. Единобрачие было великим историческим прогрессом, но вместе с тем оно открывает, наряду с рабством и частным богатством, ту продолжающуюся до сих пор эпоху, когда всякий прогресс в то же время означает и относительный регресс, когда благосостояние и развитие одних осуществляется ценой страданий и подавления других.
Единобрачие — это та клеточка цивилизованного общества, по которой мы уже можем изучать природу вполне развившихся внутри последнего противоположностей и противоречий".

А это из "Немецкой идеологии" (Маркс, Энгельс):

"Вместе с разделением труда, содержащим все противоречия и покоящимся, в свою очередь, на естественно возникшем разделении труда в семье и на распадении общества на отдельные, противостоящие друг другу семьи,— вместе с этим разделением труда дано и распределение, являющееся притом — как количественно, так и качественно — неравным распределением труда и его продуктов; следовательно дана и собственность, зародыш и первоначальная форма которой имеется уже в семье, где жена и дети — рабы мужчины. Рабство в семье — правда, ещё очень примитивное и скрытое — есть первая собственность, которая, впрочем, уже и в этой форме вполне соответствует определению современных экономистов, согласно которому собственность есть распоряжение чужой рабочей силой."

*выделения мои.

Как видим, классики марксизма не только уделяли огромное внимание женщинам как угнетенному классу, но и трактовали этот вопрос так, как сейчас его трактует только радикальный феминизм: семья - очаг порабощения женщины, созданный для блага одних (мужчин) за счет угнетения других (женщин).

Чтобы понять, что происходит сейчас, совершим небольшой экскурс в исторический материализм.

Согласно истмату, развитие человечества определяется развитием производительных сил и производственных отношений. По мере этого развития сменяются одна за другой различные общественно-экономические формации: первобытно-общинный строй, рабовладельческий, феодальный, капиталистический. В частности, капиталистический строй возник в результате а. накопления торгового капитала, то есть денег, полученных от торговли, б. развития к тому моменту технологий вроде ткацкого станка и паровой машины. Это и другие факторы позволили богатым и предприимчивым людям строить мануфактуры и нанимать свободных рабочих за плату для производства массового товара на продажу.

При всей дикости и зверствах раннего капитализма, он был и оставался несколько веков прогрессивным - по сравнению с феодализмом - строем. В результате появления нового класса - буржуазии - произошли так называемые буржуазные революции, и сложный сословный строй с "миропомазанными на царствование" монархами, аристократией ушел в прошлое, его заменила привычная нам парламентская демократия, равенство граждан перед законом.

Одна из важных особенностей капитализма: отсутствие внеэкономического принуждения. Раб должен был работать на хозяина, так как "принадлежал" ему и получал звиздюлей за отлынивание. Крестьянин при феодальном строе непонятно на каком основании должен был кормить господина, обрабатывать его поля и предоставлять ему любые услуги (крестьянки предоставляли, в том числе, и услуги сексуальные). За отказ в этих услугах, опять же, полагались звиздюли и государственное принуждение.
При капитализме рабочий принуждается к труду только экономически. В принципе, можно не работать, а спокойно пойти, лечь в канаву и умереть (варианты "найти домик в деревне" в капиталистических странах давно не существовали по причине частной собственности на землю). Все свободны. Правда, жить почему-то хочется, и поэтому люди все равно работают. Но никакой священной обязанности работать на капиталиста нет, и никаких звиздюлей за отлынивание не положено (отдельные исключения вроде работных домов в Англии мы не рассматриваем).

Кстати, во времена Энгельса пролетариат в не меньшей, если не в большей степени, чем сейчас, был женским. В работе "Положение рабочего класса в Англии" Энгельс приводит цифры: "Из 419 560 фабричных рабочих Великобритании (1839 г.) 192 887 человек, т. е. почти половина, были моложе 18 лет; 242 296 были женского пола, из них 112192 моложе 18 лет". Но и тогда женщины не составили ни костяка марксистских кружков и партий, ни основы хотя бы экономической профсоюзной борьбы.

Почему так произошло? Вспомним приведенные в начале цитаты: женщина находится в рабстве у мужчины. И это положение очень мало изменилось со времен "первого разделения труда"!
Женщина находится в двойственном положении. С одной стороны, она живет при капитализме и является частью пролетариата - подвергается экономическому принуждению, вынуждена работать на капиталиста и производить прибавочную стоимость, чтобы выжить.
С другой - она все еще подвергается также и ВНЕэкономическому принуждению. Она все еще предоставляет услуги по домашнему хозяйству, уходу, воспитанию детей, сексуальные услуги, потому что за отказ это делать - положены звиздюли в той или иной форме: в том числе, также и в прямой (данные по распространенности домашнего насилия нетрудно найти). Но прямое насилие необходимо не всегда (так же, не всех крестьян регулярно пороли на конюшне). Есть еще гендерное воспитание, мощное общественное внушение, "нерушимость и святость" семейных уз и "роли женщины в семье", "любовь" как средство манипуляции, религия как средство закрепления женщины в этой нише, и так далее, и тому подобное.
То, чего добился феминизм - это по сути переход от рабского состояния женщины (юридическая невозможность уйти от мужа, пойти работать без его разрешения, получить образование) к состоянию "феодальному", когда принадлежность менее очевидная, менее прямая, некая возможность уйти, как и наличие некоего числа свободных женщин, все же имеются.

Далее, очень важное: из двух систем угнетения женщина гораздо острее, мощнее чувствует систему домашнюю, внеэкономическую.
Зачастую придя на работу, женщина чувствует, что наконец-то свободна.
В самом деле - капиталист в наше время не может женщину изнасиловать (муж - запросто, причем безнаказанно, даже в тех странах, где якобы есть ответственность за изнасилование в браке). В передовых странах даже сексуальный харрасмент, приставания на работе, сомнительные комплименты запрещены. И уж конечно, на работе никто никогда не посмеет женщину ударить! А если посмеет - пойдет под суд, и общественное мнение не станет объяснять это тем, что "женщина сама довела". Деньги, которые она получает в виде зарплаты, пусть малые, принадлежат ей лично, она сама решает, как ими распорядиться.
Плюс к этому - работа, которую она выполняет, воспринимается чаще всего более позитивно: это не бесконечная круговая работа по дому, а оплачиваемый труд, женщина "работает на себя". Не случайно шовинисты попрекают работающих женщин в "эгоизме", хотя казалось бы, всю зарплату она тратит на семью. Но как она вообще смеет бросать свое рабское место и идти работать за деньги?!
Плюс к этому - отсутствие огромных пластов мозговыедания, которое практикуют даже те мужья, которые не склонны к насилию (в глубине души такие мужья либо считают себя очень хорошими, "я ведь не бью и не насилую, какой я молодец!", либо втайне мечтают врезать, но боятся).

Да, если кто поспешит обидеться за себя или "своего-нетакого", хочу напомнить, что и при рабском строе нередко встречались милые, добрые хозяева, которые так заботились о рабах, что порой даже неясно, рабы это или дети; встречались, как мамушка у Скарлетт, и такие рабы, которых хозяева даже побаивались. Что никак не меняло общего экономического положения раба.

Выполнив свою долю внеэкономического неоплачиваемого труда дома, женщина идет трудиться на капиталиста... и чувствует себя крутой! Она попала в будущее, в самый прогрессивный строй человечества.
Да, работа нелегка, но ведь ее с детства приучили трудиться, а эта работа поинтереснее домашней, и главное - она оплачивается!
Интересно, что эта же психология свойственна и женщинам свободным, не имеющим детей и мужей. Они чаще получают образование и делают небольшую карьеру. То, что у женщины называется "карьерой" - стать начальницей отделения, возглавить участок, бригаду, отдел - для мужчины даже и карьерой-то не считалось бы, это для мужчины нормальное рабочее место. И наконец, вершина мечтаний - женщина может даже стать Предпринимательницей! Пробиться в класс буржуазии. Правда, на птичьих правах, с мизерным капиталом и несколькими работницами, но она же пробилась! Однако у такой женщины, вроде бы ничем не отличающейся от мужчин, даже руководящей мужчинами на работе, всегда в голове сидит гордость: миллионы "куриц" ее пола "посвящают себя семье", пресмыкаются, работают на низших должностях, а вот она пробилась! Она смогла! Она была гордой и независимой и отказалась от рождения детей, она плевала на стереотипы и принуждения!

А вы тут лезете со своим марксизмом...
Да она и так уже достигла всего, чего может достичь женщина!
Ту же гордость в меньших масштабах можно увидеть и у самых простых работниц. Они гордятся уже тем, что независимы, что обеспечивают себя без участия мужчин. Словом - они из рабства прыгнули прямо в прогрессивный капитализм!
А вы тут со своими забастовками...

Ну хорошо, я думаю, разъяснений уже достаточно. А где же вывод?
Что делать?
Как показано, классики марксизма отлично понимали, что происходит. В той же ранней СДПГ было двойственное отношение к женщинам (кстати, отношение к освобождению и равенству женщин можно считать хорошим индикатором оппортунизма). Но Бебель и Клара Цеткин решительно стояли за эмансипацию. В то время среди социал-демократов раздавались требования запретить женщинам труд вне дома вообще, ведь их труд на фабриках приводит к демпингу зарплат. Цеткин возражала совершенно в феминистическом духе: да ведь освободиться от угнетения в семье женщина может только тогда, если у нее есть свой, независимый от мужа заработок.
Ленин писал: "Стремления совершенно запретить промышленную работу женщин и подростков или поддержать тот патриархальный строй жизни, который исключал такую работу, были бы реакционными".
("Развитие капитализма в России").

Как мы знаем, рабское положение женщины в семье не было преодолено и в СССР (хотя в этом отношении были сделаны значительные подвижки). Но это не значит, что не было понимания - не хватило ресурсов и не хватило воли добиться этого. А понимание ситуации в общем-то было. Хотя, как мы дальше увидим - неполное, что обусловлено развитием производительных сил на тот момент.
Вот что писал об этом Ленин ("Великий почин").
"Возьмите положение женщины. Ни одна демократическая партия в мире ни в одной из наиболее передовых
буржуазных республик за десятки лет ие сделала, в этом отношении, и сотой доли того, что мы сделали за
первый же год нашей власти. Мы не оставили в подлинном смысле слова камня на камне из тех подлых законов о неравноправии женщины, о стеснениях развода, о гнусных формальностях, его обставляющих, о непризнании внебрачных детей, о розыске их отцов и т. п., законов, остатки которых многочисленны во всех цивилизованных странах к позору буржуазии и капитализма. Мы имеем тысячу раз право гордиться тем, что мы сделали в этой области.
Но чем чище очистили мы почву от хлама старых, буржуазных, законов и учреждений, тем яснее стало для нас, что это только очистка земли для постройки, но еще не самая постройка.
Женщина продолжает оставаться домашней рабыней, несмотря на все освободительные законы, ибо ее давит, душит, отупляет, принижает мелкое домашнее хозяйство, приковывая ее к кухне и к детской, расхищая ее труд работою до дикости непроизводительною, мелочною, изнервливающею, отупляющею, забивающею. Настоящее освобождение женщины, настоящий коммунизм начнется только там и тогда, где и когда начнется массовая борьба (руководимая владеющим государственной властью пролетариатом) против этого мелкого домашнего хозяйства, или, вернее, массовая перестройка его в крупное социалистическое хозяйство".

Эта "массовая борьба" так и не началась - вернее, начавшись, она и закончилась созданием массовых ясель и детских садов с не самым, кстати говоря, лучшим, качеством ухода (впрочем, зачастую и домашний уход вовсе не так прекрасен, как его представляют, а уход за детьми в русской деревне - это история не для слабонервных).
Потому что благие намерения - это хорошо, но историю творят не благие намерения, а экономические закономерности.
А они тогда были таковы, что рабский труд женщины дома все еще был выгоден, а возможно, даже экономически необходим.

Рассмотрим эту работу подробнее.
Работу женщины можно свести в целом к понятию "УХОД". Это и уход за детьми, и уход за инвалидами и стариками, за больными, которые имеются в семье, и наконец, это уход за всеми членами семьи (в особенности, мужчинами - мужем, сыном, отцом). Попутный уход за вещами, уборку и стирку, а также готовку, можно включить в общее понятие ухода.
Кстати, уход за своим телом, который женщина обязана осуществлять в гораздо большем объеме, нежели мужчина, также по сути часть ухода за мужчиной - предоставление ему качественных сексуальных услуг, оформление себя в качестве объекта внимания мужчин, дабы у рабыни была возможность выбора хозяина по собственному вкусу.

Часть этих функций по мере развития общества упрощается, отменяется или автоматизируется. Так, "уход за телом" уже не столь обязателен в развитом и передовом обществе и сводится лишь к обычной гигиене, общей для женщин и мужчин. Простые функции уборки-стирки-готовки автоматизируются. Самообслуживание не занимает много времени. Правда, обстирывание семьи с двумя детьми даже с автоматической стиральной машиной занимает несколько часов в неделю - чего никак не могут понять апологеты идеи "да что там делать, раз в неделю в стиралку белье закинул".
Маркс, Энгельс и Ленин писали о "фабриках-кухнях" - но в Европе, да и в Москве, скажем, уже вполне можно регулярно питаться либо готовыми обедами, покупая их в китайских или итальянских забегаловках, либо полуфабрикатами, приготовление которых занимает пять минут. Итак, развитие капитализма привело к тому, что еще немыслимо было в 1920х гг в отсталой России: материальные предпосылки для освобождения от "отупляющего изнурительного труда" по хозяйству созданы. Осталось изменить лишь сознание желающих "питаться домашними котлетами" непременно или женщин, ощущающих себя "плохими хозяйками" - но сознание изменится и уже меняется.

Однако осталось то, что невозможно сейчас, а может быть, и никогда нельзя будет автоматизировать - собственно, само понятие ухода.
Оно до сих пор не капитализировано. Что это значит? То, что труд по уходу (за детьми, стариками, инвалидами и больными) с общественной точки зрения не является трудом. Женщины принуждаются к этому как пряником (материнские и дочерние чувства; кто же, если не я, поможет этому малышу/стареньким родителям), так и кнутом (опасность общественного осуждения). За это не платят. Женщина, выполняющая этот труд, "сидит дома и ничего не делает".
И внимание! - это работа "непроизводительная, мелочная, изнервливающая, отупляющая, забивающая".
Ряд феминисток уже протестует против такого определения.
И они в чем-то правы!
Почему Ленин считал эту работу такой уж "отупляющей"? Чем, объясните мне, монотонное вытачивание одних и тех же деталей на станке - более творческая и интересная работа, нежели воспитание ребенка?! И неужели труд колхозницы в поле менее "забивающий" и изнурительный, чем труд домохозяйки?

Сейчас, сейчас доберемся и до этого.
Разумеется, несколько веков уже существуют общественные учреждения, берущие на себя функции ухода в том случае, если женщина отсутствует. Это приюты для сирот и стариков, дома призрения и прочие благотворительные по сути организации.
Но и в этих учреждениях работали исключительно женщины. Это были монахини (впрочем, поначалу также и монахи мужского пола). То есть те женщины, которые сумели освободиться от домашнего рабства, однако продолжали исполнять бесплатное "женское предназначение" в приютах, детских домах и больницах.
В ХХ веке впервые такие функции стали выполнять не только монахини, но и обычные женщины - бездетные либо вырастившие уже своих детей. И внимание - за эту работу стали немножко платить!
Но плата все равно бралась либо из благотворительных фондов, либо из государственного кармана, эта работа считалась несущественной, простой, не требующей квалификации, и соответственно - нормальной оплаты, платили самый минимум, и шли туда те женщины, которые были счастливы тем, что им вообще что-то платят за "нормальную женскую работу".

Далее происходят интересные вещи.
Поскольку я знакома именно с историей ухода за престарелыми/инвалидами в Германии, я буду приводить факты из нее.
Итак, до 80х гг уход за престарелыми считался "Anlernberuf", то есть профессией, не требующей образования, либо требующей небольших годичных курсов. Домохозяйка приходила на работу, ей показывали приемы и особенности труда, и она приступала к труду за небольшую плату.
У нас принято восхищаться уходом на Западе в противовес "убогому совку", приводя в пример ужасы вроде книги Гальего "Черное на белом"; однако еще совсем недавно уход на Западе ничем особенным не отличался от советского варианта, а по многим статьям (реабилитация глухих и слепых, например) и проигрывал ему.
Единственный приемлемый вариант для инвалида - хороший уход на дому, который тоже не всегда может быть предоставлен. "Сдать в дом престарелых" - это трагедия. Уход осуществляют необученные женщины, в силу своей личной сообразительности, внимательности и доброты - которые у всех, разумеется, разные.

Что происходит дальше? А происходит капитализация ухода за инвалидами/стариками.
В 1995 году в ФРГ принимается закон о "страховке по уходу". Все работающие и капиталисты начинают ежемесячно выплачивать взносы (аналогично больничной страховке) в специальный фонд ухода, соответственно своему доходу.
Таким образом был создан капитал, по нынешним меркам не слишком значительный (в сфере, скажем, шоу-бизнеса, крутятся куда большие деньги), но для XIX века - колоссальный.
Этот капитал позволил:
- Создать множество современных учреждений по уходу.
- Получать прибыль от труда по уходу.
- Оплатить исследования, менеджмент и науку ухода.
- Оплатить образование, создать факультеты высшего образования, и массу школ среднего трехлетнего образования в области ухода.

(в других европейских странах тот же процесс происходил несколько иначе, мы сейчас не будем этого касаться).
Как результат:
- Уход осуществляет почти исключительно обученный персонал, оказалось, что уход требует высокой квалификации и ответственности, значительно большей, чем в аналогичных специальностях в промышленности, скажем.
- Среди персонала по уходу появилось немалое количество мужчин, их число растет, появляются мужчины даже на низших ступенях "уходной" иерархии, среди "помощников" с одногодичным образованием.
- Внимание! - эта работа перестала быть "отупляющей, бессмысленной и забивающей". Оказывается, это интереснейший вид труда, требующий вовсе не монашеских добродетелей, а высочайшей самоорганизации, ответственности, интеллекта, владения современной техникой, коммуникативных навыков.

Результат для потребителя:
- Увеличилась продолжительность жизни, в том числе, тяжело больных людей; значительно увеличилось качество жизни даже при тяжелых заболеваниях. У людей появилась возможность пользоваться услугами мобильных служб и гораздо дольше жить у себя дома, не переходя в учреждения по уходу. Услуги профессионалов не только отличаются более высоким качеством, но и стабильны и не зависят только от личных качеств и доброй воли ухаживающего.
- Произошла некоторая (увы, лишь некоторая) разгрузка ухаживающих родственников (в основном женщин).
Теперь забота о престарелых родственниках может быть сведена к общению с ними, присмотру в течение дня или ночи (сам уход осуществляют приходящие профессионалы) или же посещению родственников в учреждениях по уходу. Практика показывает, что одного посещения в день, а иногда и в несколько дней, человеку более чем достаточно, чтобы чувствовать непрерывную и глубокую душевную связь с семьей, чувствовать себя любимым и не "брошенным".

Я так подробно остановилась на этом, потому что это яркий пример капитализации той функции, которая обычно выполнялась женщинами бесплатно. Помнится, где-то я упомянула, что являюсь профессионалом по уходу, на что некий русскоязычный пользователь мужского пола съехидничал: вы что, являетесь профессиональной женщиной?
До этого пользователя еще не дошло, что уход - это не "отупляющая забивающая монотонная" деятельность тупой курицы, не способной ни на что "настоящее, мужское" (типа - целыми днями чинить трубы отопления, или завинчивать гайки), а настоящая профессия, что это не "женская второстепенная" деятельность, а нормальная квалифицированная работа, имеющая значение для всего человечества, без выделения того или иного пола.

Капитализация и здесь только начата, но - процесс идет. На очереди - капитализация второй, даже первой важнейшей рабско-домашней функции женщины - воспитания детей. И хотя капитал для этого не создан, но хотя бы на государственные деньги процесс идет; вот с 1го августа 2013 года немецкие родители получили официальное право на место в детском саду для ребенка от 1 до 3х лет (хотя сами места еще не созданы), повсюду движется создание "школ полного дня".

(примечание: говоря о воспитании детей как рабско-домашней функции, я говорю о подавляющем большинстве обычных женщин. Среди более обеспеченных и не зависящих от мужчин женщин распространена практика "ребенок как личное хобби и увлечение", когда ребенок воспитывается без отца или с незначительным участием отца, без экономической зависимости от последнего; его рождение сознательно планируется, обычно это один, максимум два ребенка, женщина воспринимает его как увлечение и хобби. Это совершенно иная ситуация. Так же, как всегда останутся кулинары-любители, вполне могут быть и родители-любители, занимающиеся этим только из любви к искусству.).

Разумеется, нет необходимости дожидаться, пока капитализм завершит это движение. Новая, более прогрессивная общественно-экономическая формация - социализм имеет значительно больше возможностей по обобществлению бесплатных типично-женских функций. Понимание необходимости этого было у Ленина и Коллонтай еще при самом становлении Советской власти. То, что это не было доведено до конца - следствие и сложнейшей экономической обстановки в Советском Союзе, классовой борьбы, войны, а также и того, что на высших этажах власти присутствовало очень мало женщин, и они не проводили эту политику достаточно активно; начиная с 60х гг в Советском Союзе наблюдался регресс и возвращение к гендерным стереотипам, воспитанию "настоящих женщин" и домашнему рабству, хотя в полной мере все это расцвело после разрушения СССР.

Если марксистское движение не сделает выводы и не учтет состояние и положение женщин в своей теоретической и практической деятельности - оно будет снова обречено на провал. Без поддержки половины трудящегося населения революцию осуществить нельзя. И еще труднее - построить социализм и сохранить его завоевания.
Tags: социализм, теория, уход, феминизм
Subscribe
Buy for 20 tokens
Недавно я случайно прочитал, что социологи не то ВЦИОМ, не то ФОМ, не то ещё какого-то там ОМ, установили, что в последние годы жители российской глубинки стали терпимее относиться к москвичам, а те — добрее к «понаехали тут». Произошло это потому, говорит нам великое ОМ, что народ якобы понял:…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 156 comments