blau_kraehe (blau_kraehe) wrote,
blau_kraehe
blau_kraehe

Categories:

Степфордский муж

Энгельс, "Положение рабочего класса в Англии".

«И вот, сударь, он нашел его, и когда он подошел к его лачу
ге, как вы думаете, что он увидел? Сырой низенький подвал, а обстановка такая: два старых стула, круглый стол на трех ножках, сундук, никакой кровати, а только охапка старой соломы в углу, покрытая парой грязных простынь, и два обрубка дерева у камина. Когда мой бедный друг вошел туда, бедняк Джек си¬
дел на одном обрубке у огня и как вы думаете, что он делал? Он чинил чулки своей жены штопальной иглой, и как только он увидел своего друга на пороге, он хотел спрятать свою рабо¬
ту, но Джо — так зовут моего знакомого — видел все и сказал: «Черт возьми, Джек, что ты делаешь? где твоя жена? что это у тебя за работа?». Бедный Джек был смущен и сказал: «Я знаю, что эта работа не для меня, но моя бедная жена на фабрике; она отправляется туда с утра, в половине шестого, работает там до восьми вечера и так устает, что, возвратившись домой, ничего больше делать не может. Поэтому мне приходится за нее делать, что я могу. У меня нет работы и не было уже более трех лет, и во всю жизнь я ее не найду». Тут он горько

заплакал и сказал: «Да, любезный Джо, есть достаточно работы для женщин и детей в этой местности, но нет работы для мужчин. Легче сто фунтов стерлингов найти на улице, чем найти работу. Но я никогда не поверил бы, чтобы ты или кто другой мог увидеть, как я штопаю чулки своей жене, потому что это нехорошая работа. Но жена моя почти не может уже стоять на ногах, и я боюсь, что она заболеет, и я тогда не знаю, что с нами станется, потому что она уже давно стала мужчиной в доме, а я женщиной. Нехорошая это работа, Джо. Не всегда было так»,— продолжал он, горько плача.— «Но скажи мне, Джек,— спросил Джо,— как же ты жил все это время, не имея никакой работы?».— «Я скажу тебе, Джо,— ответил Джек,— я жил, как жилось, а жилось очень плохо. Когда я женился, я, как ты знаешь, имел достаточно работы, и лентяем, как ты знаешь, я никогда не был».— «Нет, лентяем ты никогда не был».— «Наш дом был хорошо обставлен, и Мэри не приходилось работать, я зарабатывал достаточно на двоих. Но теперь все стало вверх ногами; Мэри должна работать, а я должен оставаться дома, присматривать за детьми, подметать, стирать, стряпать и штопать. Когда моя бедная жена возвращается вечером домой, она совсем разбита и ничего больше делать не может. Знаешь, Джо, это очень трудно для человека, который привык к другому».— «Да,— ответил Джо,— это нелегко». И Джек снова начал плакать; он говорил, что лучше бы он никогда не женился, никогда не родился на свет; но когда он женился на Мэри, ему и в голову не приходило, что так может случиться. «Я не раз плакал из-за этого»,— сказал Джек. Ну, сударь, когда Джо все это услышал, как он позже рассказывал мне, он проклял фабрики, фабрикантов и правительство всеми теми проклятиями, которым с детства научился на фабрике».
Можно ли себе представить более нелепое, более бессмысленное положение, чем то, которое описано в данном письме? А между тем положение, в котором мужчина перестаёт быть мужчиной, а женщина лишается своей женственности, но которое не может придать ни мужчине настоящей женственности, ни женщине настоящей мужественности, положение, которое самым позорным образом унижает оба пола и в каждом из них — человеческое достоинство,— это положение и есть конечное следствие нашей хвалёной цивилизации, последний результат всех тех усилий, которые были сделаны сотнями поколений для того, чтобы улучшить условия
своего существования и существования своих потомков! Видя, как превращаются в насмешку результаты всех людских стараний и усилий, нам остается только или отчаяться в самом человечестве и его судьбах, или признать. что оно до сих пор искало своё счастье на лож¬
ных путях. Мы должны признать, что такое полное искажение отношений между полами могло произойти только потому, что отношения эти с самого начала были построены на ложной основе. Если господство женщины над мужчиной, неизбежно вызываемое фабричной си¬
стемой, недостойно человека, значит и первоначальное господство мужчины над женщиной следует также признать недостойным человека. Если женщина теперь основывает, как некогда делал это мужчина, своё господство на том, что именно она добывает большую часть
или даже всю совокупность общего имущества семьи, значит общность имущества была не подлинная, не разумная, раз один из членов кичится тем, что внёс большую долю. Тот факт, что семья в современном обществе разваливается, только доказывает, что связую¬
щей нитью её была не семейная любовь, а личная заинтересованность, сохранившаяся несмотря на кажущуюся общность имущества"



Не очень понятно, кстати, откуда Энгельс взял идею о том, что жена "кичится" и "господствует". Скажем, даже будучи семейным добытчиком, жена все же имеет гораздо меньше возможностей, например, избить мужа, а изнасиловать - и вовсе практически не имеет.
Забавно также, что сама идея "мужа-домохозяина" вызывает такой ужас, представляется жутким унижением человеческого достоинства - хотя на сегодняшнем Западе мужья-домохозяева встречаются и считаются передовыми. Но то были совершенно другие времена.
И все же мысль в итоге верная: если такое положение мужа представляется унизительным и ужасным, то на самом деле и обычное патриархатное положение женщины не менее ужасно. Просто это стало заметным лишь тогда, когда на месте женщины вдруг оказался мужчина.


Tags: классики, феминизм
Subscribe
promo blau_kraehe december 15, 2015 18:46 1
Buy for 10 tokens
можно за 10 жетонов
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments