December 10th, 2019

vorona

Приключения товара на рынке труда-13. Свинарник!

предыдущие серии


Несколько порадовал процесс поиска работы, особенно сильным контраст был по сравнению с прошлой безработицей. Этот процесс был буквально мгновенным! Все «ужасы» вроде написания идеальных резюме с фотографией сразу отпали.

Место в психиатрии было уже занято. Я выбрала пару домов ухода поблизости, и в оба написала по мейлу, даже не глядя, есть ли там вакансии. Из одного менеджер позвонила через десять минут после отправки мейла и спросила, не хочу ли я прийти на беседу уже сегодня? Из второго позвонили через двадцать минут. Я пошла на беседу, и так и осталась в этом первом доме.
Новый дом ухода относился к сети частных домов, расположенных во многих городах Германии. Он произвел на меня очень хорошее впечатление. Чудесная атмосфера: темные деревянные новенькие полы, мягкий приглушенный свет во всех коридорах, особая система освещения, приятное оформление, пушистые махровые полотенца. Меня взяли в геронтопсихиатрическое отделение, как и хотелось, там были почти одни дементные, и сами по себе пациенты были для меня очень интересными. На собеседовании задали несколько вопросов по теории, что тоже порадовало: значит, здесь работают инновативно, а не просто тупо «моют жопы», извиняюсь за выражение.
Но увы! Первое впечатление может быть очень обманчивым.

Эта фирма страдала от острого недостатка персонала. Меня взяли туда с января, но выйти попросили еще в декабре, и фактически все рождество я вкалывала почти без передыха, еще полуофициально.
Первые два-три месяца мне казалось – ну ладно, временные трудности, вот что-то произойдет, наберут еще людей, и все будет нормально. У меня появится какое-то свободное время.
Но ничего так и не менялось, разве что к худшему. Я отрабатывала пять ночей, спала день, а на следующий день выходила в утреннюю смену (вставать в 5). Не было, кажется, ни одного свободного дня, чтобы не раздался звонок шефа: не можешь ли ты выйти завтра? Или прямо сегодня, вот сейчас на работу приехать? Иногда звонок шефа будил меня уже утром, в 7 утра.
Иногда можно сказать «нет». Один раз, два. Но каждый раз говорить «нет» невозможно, пойдут разговоры «почему только мы должны замещать, а она нет?!» То же самое с идеей не брать трубку – шеф обычно наговаривал на автоответчик просьбу позвонить, можно не звонить (по закону) – но отношение к тебе будет соответствующее, а у тебя, между прочим, испытательный срок.

И вот так получилось, что за первые три месяца у меня уже накопилось более ста часов сверхурочных. Я говорила об этом с коллегами и слышала в ответ: «ой, подумаешь, у меня более двухсот!» Они как будто даже гордились по-мазохистски таким положением дел. Иногда сверхурочные выплачивали – но понемногу, помногу и смысла нет, все съедят налоги. Мне не выплачивали ни разу. Не стало ни времени (почти каждый день я проводила на фирме, а стационар – это тяжелая работа, она выматывает), ни денег.
Collapse )
promo blau_kraehe декабрь 15, 2015 18:46 1
Buy for 10 tokens
можно за 10 жетонов
vorona

Приключения товара на рынке труда-14. Святая Анна (продолжение)

Предыдущие серии

Гораздо интереснее было наблюдать за собственно работой Анны.  Ее интересовало все, что происходит в доме – не только в нашем отделении. Она могла уйти на два часа, чтобы посидеть с умирающим в другом отделении – дело похвальное, но эти два часа ее работу выполняли другие! Она ходила с кем-то из начальников по отделениям и обсуждала вопросы ремонта, дизайна, как должны стоять стулья, как организовать работу персонала. Каждую смену полчаса-час она проводила в кабинете директора, беседуя с той. Кто ее на это уполномочил, почему к ней прислушивались? Все дело в умении презентовать себя. Анна реально убедила начальство в том, что она – ангел этого дома, что без нее тут все посыплется, она ценнейший работник. Как сиделка, она работала нормально, аккуратно, ничего не скажешь, и к тому же она была парикмахером.

Очень часто, кстати, парикмахеры переходят у нас в уход – потому что в их собственной профессии очень низкие заработки! У нас в школе учился мастер-парикмахер, который, будучи мастером (!) зарабатывал меньше сиделки. Конечно, они берут дополнительную работу, стригут знакомых – но это же упороться можно.

Так вот, парикмахер в уходе – это очен приятно, особенно для начальства, потому что красиво причесанный пациент создает у подлинных клиентов – родственников, проверяющих впечатление, что уход здесь просто сказочный! Вон ведь какая бабушка сидит, чистенькая и с расфуфыренной прической, которую не каждая работающая женщина может себе позволить.
А состояние здоровья бабушки, заботятся ли о ней, проверяют ли регулярно, например, водитель ритма, глаза, нет ли там ран каких-то, пролежней – это же снаружи-то не видно. Так что парикмахер для начальства ценнее хорошей медсестры.

И больших усилий это создание прически не требует. Все мы причесываем пациентов и сушим волосы феном после душа – но профессионал может еще взять пару специальных расчесочек-щеточек, лак, и за то же время создать на голове что-то приличное. Тогда как мы, простые смертные, можем тупо расчесать и высушить. Ведь в конце концов, в любом приличном доме есть и своя парикмахерская либо хотя бы приходящий парикмахер.

Так что это у Анны было ее действительно сильной стороной, она умела со вкусом (ну насколько я понимаю) одеть и красиво причесать пациента, но это еще и подавалось как невероятно, сказочно прекрасное действо. Якобы никто так больше не может. Якобы, если не она, то здесь все рухнет.
Нарцисс – профессиональный манипулятор, и каким-то образом, конечно, он умеет управлять и начальством. Вовремя польстить, угадать мысли, создать о себе необыкновенное впечатление не просто хорошего, незаменимого работника, а сказочной жар-птицы удачи. Судя по тому, что Анна тоже нередко меняла места работы, это прокатывало не вечно, и когда-то давало сбой (не знаю даже, работает ли она все еще там, как-то не спрашивала). Но какое-то время это прокатывало. И Анна фактически закулисно руководила в доме всем.

Однажды я поставила цель пронаблюдать за ее поведением в течение недели (когда уже поставила ей мысленный диагноз), я как раз работала с ней в первую смену.

В понедельник она нажаловалась директору на социальную службу – те не так работают, не то делают и вообще непонятно, зачем нужны. О своих жалобах она открыто рассказывала всем, ходила и возмущалась.

Во вторник она аналогично нажаловалась на другую сиделку и подняла на пересменке вопрос о поведении коллеги.
В среду она нажаловалась на уборщиц, те плохо убирают.
В четверг она нажаловалась на медсестер в отделении: мы, мол, не так заботимся о состоянии пациентов, как она считает правильным.
Collapse )