October 29th, 2019

vorona

Не могу удержаться от рекламы

Очередной раз встретилась с моими любимыми товарищами из Рабочего Университета.

Хочу сказать пару слов о Харламенко Александре Владимировиче (кандидат философских наук, старший научный сотрудник Института Латинской Америки, директор научно-информационного центра Латинской Америки). Общаться  с ним, слушать его - это огромное интеллектуальное удовольствие, мозг прочищается, мир становится наконец-то ясным.

Вот тут на ютубе есть его старые лекции по философии, так вот, это первый раз, когда мне история философии кажется захватывающе интересной. Потому что это не стандартное изложение -  он постоянно обращается к общим закономерностям, излагая философию системно, как историю развития человеческого мышления.

Но правда, сейчас А.В. читает новый курс лекций по философии, организованный Рабочим Университетом, и уже начало тоже выложено:


Возможно, стоит дождаться этих новых лекций, я сама еще не слушала.

Кроме того, у А.В. много лекций по Латинской Америке и по всему революционному движению вообще (например, про Венгрию вот было...)

Да и вообще, следите за публикациями Рабочего Университета в интернете и Телеграме! Они очень правильные во всех отношениях, без заносов и уклонов в какие-либо стороны.
promo blau_kraehe december 15, 2015 18:46 1
Buy for 10 tokens
можно за 10 жетонов
vorona

Писатели руками

О хорошем написала, теперь о плохом.

Начну издалека. У меня есть пуделек, и хотя времени на это крайне мало, изредка удается выбраться с ним на какие-нибудь клубные состязания по аджилити (на самом деле не аджилити, а похожий вид собачьего спорта, но неважно).
Атмосфера на таких мероприятиях дружелюбная и приятная (по крайней мере, я говорю о Германии и своем клубе). Все мило общаются, гладят собачек, едят салаты, сосиски и торты, платя за это всего пару евро (все самодельное, никто на этом не наживается); каждого пуделька, даже, заметим, тех, кто вообще не прошел дистанцию и провалился, награждают сосиской, дипломом, да еще какой-нибудь розеткой или копеечным кубком. Устроители улыбаются каждому и находят, за что собачку похвалить… Народ каждому хлопает, хотя, конечно, победителям хлопают и орут больше. Казалось бы, всего лишь местечковые соревнования пудельков по прыжкам, но люди радуются этим розеткам и дипломам, да и пусть, жалко, что ли?

Отступление закончено. Теперь о писателях. Внезапно Е. Первушина сообщает мне, что я получила премию, и было бы здорово, если бы я приехала в Москву ее получить. Причем пишет доброжелательно, мол, «ждет и надеется», и так далее. В мои планы не входило, и финансово это тяжеловато, ехать в Москву второй раз за год, но думаю, раз будет отпуск, то почему не съездить и не получить? Интересно же.
И вот я прихожу на эту тусовку, о которой уже писала. Но писала не подробно, не объяснила, что именно мне там не понравилось. А вот теперь, увы, появился повод объяснить.

Я там упомянула про классовые интересы. Но конечно, подобных мыслей изначально у меня совершенно не было. Я ожидала, что мне вручат диплом и… ну скажут пару добрых слов о книге или обо мне. Хотя бы из вежливости. По-моему, это совершенно естественное, адекватное поведение. Денег эта премия не предусматривает, купить хотя бы за пару рублей пластмассовую статуэтку, медальку или кубок организаторам жаль. Да это и совершенно неважно – но хотя бы два слова добрых можно сказать публично? Пусть даже так – мол, я не согласна с содержанием книги, но вот образ-то там был хороший, сильный, так что мы вот так решили.

Вместо этого Елена Первушина вышла и заявила, что мол, она никогда не понимала изречения на тему, что я ненавижу ваши убеждения, но готов отдать жизнь за то, чтобы вы могли их высказать, но поняла, что жизнь отдавать не надо, а можно просто присудить диплом. Все, точка.
Мне сунули диплом, микрофон на две секунды, чтобы сказать «спасибо, для меня это большая честь» (я попыталась сказать что-то еще, но мне явно продемонстрировали, что это не нужно).
Сказать, что меня это как-то обидело? Да нет, нисколько. На что обижаться, мне же премию дали. Немного удивило вот это несоответствие, о котором я написала выше – ждешь вроде чего-то хорошего, а хорошего нет, наоборот, ощущение стыда – будто публично опозорили перед всеми.

Но мне позиция Елены в целом понятна. Я не предполагала, что тут есть что-то личное. Мы с Первушиной никогда в интернете, насколько я помню, не ругались. Я скорее ее поддерживала, ведь она феминистка. Она, правда, ругалась с кем-то у меня в комментах – но если она обижена на это, это было бы совсем уж неумно. Вроде бы она не дура. Следовательно, это классовая, или, если переводить на язык, понятный Первушиной и ее компании – мировоззренческая позиция.

И даже хорошо, что она выражает ее откровенно, подумала я. Западный немец бы проглотил все «неприятное», ни в коем случае не сделал бы намека, что книга-то ему идеологически чужда. А вот Елена высказала честно: да, чужда, да, неприятна. Все нормально. Но что же ей нравится тогда, за что присудили премию-то – неужели только из чувства долга, из принципа? Из сотен или десятков, не знаю, вышедших книг выбрали эту – из чувства либерального долга?
Но в общем, нельзя сказать, что я прямо страдала по этому поводу – ну не сказали ничего, и не сказали. Помру я, что ли, без этого?

Тем не менее, мне хотелось как-то пообщаться. Поэтому после событий я подошла к Первушиной сказать несколько слов. И опять заговорила о книге, мол, спасибо, что вы дали премию, я рада, что вы это сделали, несмотря на то, что содержание вам не нравится. И снова Елена не нашла ни одного доброго слова, лишь пожала плечами и сказала, что ну да, у нас демократия, поэтому и такие книги могут награждаться. Вежливость, такт? Нет, не слышали.
Опять же, ничего страшного, переживем.

Общаться было больше не с кем (правда, одна феминистка меня узнала, подошла, и мы немного поговорили – но и все). Я никого там не знала, и никто не смотрел на меня хотя бы доброжелательно. Писатели жадно поедали бутерброды, причем за весьма скромный фуршет нужно было заплатить 2500 рублей. Я, правда, отщипнула несколько виноградин с тарелки Елены, пока с ней разговаривала – жрать, честно говоря, хотелось, последний раз я успела поесть еще дома, в Германии. После чего вежливо попрощалась и пошла есть в ближайшее кафе. Оно все-таки несравнимо дешевле.

И опять-таки, никаких обид. Я все еще радовалась получению премии, ну а что тусовка мне чужая – так это я и так знала. Опять же, на Дивова живьем посмотрела. В общем, прикольно, хорошо и радостно.

Дома я написала предыдущий пост. Не знаю, чего ждала Елена – что я рассыплюсь в ответ в дифирамбах и слезах благодарности? Напишу, как она прекрасна и восхитительна, как я безумно счастлива этой премии? Как я прям-таки обожаю всю эту тусовку? Но я испытала некоторое недоумение, потому что привыкла к другому стилю общения (см. начало поста), и объяснила это себе тем, что ну хорошо, человек не лицемерит, а откровенно выразил классовую позицию. И об этом и написала.

В ответ на этот пост Елена неожиданно оскорбилась и написала мне пакостный комментарий. Конечно, нехорошо обсуждать человека, который отныне здесь забанен. Но в конце концов, она тоже может обсуждать меня в своем журнальчике, и я туда просто не пойду. Впрочем, очевидно, я для Елены слишком мелкое, незначительное существо, чтобы меня еще и обсуждать.

Учитывая предыдущий богатый опыт (когда люди очень быстро начинают переворачивать и отрицать свои слова), я этот коммент оттуда сгоряча убрала, но для истории сохранила.

Добрый вечер, Яна! К сожалению, память Вас подводит. Или может быть, Вас
подводит Ваше воображение. Я не скрежетала зубами. Напротив, мысль дать
премию Вам мне очень нравилась. Мне казалось -- это будет весело. Оно и

было. И стало еще веселее после этого Вашего поста.

Честно говоря, это признание меня несколько ошеломило. Потому что выглядит это так, что она лично (а может быть, и другие?) голосовала за эту премию специально, чтобы меня вытащить, поставить перед всеми и надо мной публично поиздеваться… Или как еще можно понимать вот эти написанные Еленой слова?

Конечно, это звучит совсем безумно. Будь я моложе, у меня даже такая мысль, даже после такого признания, не возникла бы. Но в моей жизни были еще более безумные ситуации, когда люди вели себя еще более иррационально… Так что вопрос, не была ли в отношении меня совершена сознательная подлость, для меня остается открытым.

И далее:
Collapse )